Спектакль поставлен в форме античной мистерии. Идёт четыре часа без антракта. Понятно, почему без перерыва: тут важна непрерывность театрального действия, точнее, духовного опыта, который Кургинян и актёры передают в зрительный зал.
Спектакль о генезисе перестройки, уходящей корнями в оттепель. Режиссёр (он же автор пьесы) ставит перед собой цель восстановить связь времён театральными средствами.
Честно говоря, интеллектуальная и эмоциональная нагрузка колоссальная. Потому что ты пришёл сюда не развлекаться и воспитываться, а за четыре часа стать другим человеком. Конечно, непросто воспринимать чрезмерно артикулированную, порой экзальтированную, нездешнюю речь героев, сильно концентрированное действие (с время от времени вспыхивающими кульминациями) – на то это и мистериальное странствие в лабиринтах истории.
В спектакле, конечно, был Хор, как мы помним, в греческом театре это один герой. И хор здесь – это наш единый советский народ, который принимает любую ложь и подлость, которую ему транслирует интеллигенция – собирательный образ её выражен в Евтушенко (Евтухе), его гениально играет Э.Крюков. Хотя кургиняновские спектакли всегда ансамблевые, и в некотором смысле это один организм, это подчёркивают и актёрские костюмы.
Если честно, никогда не думала о том, что Евтушенко в таких дозах десятилетиями лил воду на мельницы врагов России. Эта чёрная метафизика разрушения так сложна, что открывается десятилетиями и слоями. Всё это с трудом укладывается в умозрении, а душой принять многое вообще невозможно. Совершенно невозможно принять его стихотворение о Беслане. Вот так в скоморошечьей рубахе можно было оттоптаться на трагедии осетинского народа под видом «гуманиста»... Я в прошлом году была в этой школе. Многие осетины действительно были на месте трагедии один раз – и больше не могут. Это неизбывная боль. Она не приглушается по прошествию времени. Я приехала в школу, зашла туда – и слёзы сразу залили лицо. Тут такая концентрация боли, что иначе не выдержать. Я не понимаю, как Евтушенко мог написать это кощунственное стихотворение.
В спектакле «Крот» (метафора многозначная: тут и невидимая советским и постсоветским людям подземная, почти хтоническая сила, и рытьё хода, из которого нам всем можно выйти на свет) реквизита не так много, но очень сильно действует букет гвоздик. Они то возлагаются на могилы, то вновь собираются и используются в ведьминских обрядах...